Архив метки: СМИ

Медиавещание: проблемы конвергенции | Media broadcasting: the problems of convergence

5 июня в конференц-зале московской  гостиницы «Radisson Славянская» в рамках национальной премии Radio Station Awards 2015 прошла российская конференция «Перспективы развития регионального радиовещания в России». По большому счёту, это было не обсуждение заявленной темы, а презентации продукции для осуществления радиовещания. Такой уклон конференции задал уже в своём приветственном слове представитель организатора мероприятия Пётр Молчанов (ЗАО «Трактъ», Санкт-Петербург), пригласив всех присутствующих в зале на свои вебинары на канале YouTube. Фоторепортаж.

На одной сцене сошлись главные конкуренты автоматизации радиовещания:  Dalet, Digiton, Digispot II, AVRA. Если Dalet, существующий на медиарынке более 22 лет, предлагал комплексы для мультимедиа, то новая система AVRA изначально ориентирована на визуальное радио. Поэтому доклад доктора искусствоведения, руководителя Учебно-консультационного центра «Медиамузыка» Александра Чернышова «Медиавещание: проблемы конвергенции» уместно подытожил конференцию.

Перспективы развития регионального радиовещания в России

Как феномен конвергенции медиавещание представляет собой соединение медиасредств в единую информационную, информационно-художественную или информационно-развлекательную систему. Тем самым Александр Чернышов возразил ранее выступившему почётному академику Российской академии радио, «бизнес-коучу» Андрею Бубукину, по словам которого «радио, подобно фастфуду, есть бизнес и ничего больше». Всё-таки радио, как ни крути, и особенно музыкальное, имеет непосредственное отношение и к искусству и требует специальных художественных навыков и знаний.

Кроме того, именно радиовещание и «союзы» с ним имеют исторические предпосылки медиавещания. Так, союз проторадиовещания и телефонии породили специальные устройства и комнаты для прослушивания концертов через стереофонические наушники, телефонные новости и концерты. Например, это французский театрофон Адера Клемана и австро-венгерская телефонная система Hírmondó Тивадара Пушкаша, относящиеся ещё к концу XIX столетия!

Радиоконцерты-концерты из радиостудии-зала, вообще, были излюбленными конвергентными формами. К примеру, в известной советской  Пятой студии ГДРЗ часто проходили концерты одновременно для зрителей в зале и слушателей у радиоприёмников. Ну и, конечно, это эксперименты соединения радиовещания с телерядом (радиоприёмник + телеприёмник) первого звукового телевидения. Известно, что первым таким опытом была постановка пьесы британца Хартли Маннерса «Посланник королевы», разыгранная на две телекамеры и микрофоны в 1928 году с помощью американской компании General Electric и нью-йоркского радиорежиссёра Мортимера Стюарта. Остался даже фрагмент киносъёмки с репетиции этого эфира:

Что касается современной эпохи (начиная с 1980-х годов), то и здесь можно отметить проявление конвергенции медиасредств. Во-первых, это соединение радиовещания и телевидения с электронным текстом: RDS-текст (ID, трафик), радиотекст (информация о песнях, погоде, курсах валют и т. д.), а также бегущая строка и телетекст), — который изначально появился в Германии в связи со сложными ситуациями на дорогах, радио-информацией и автомагнитолами. Во-вторых, это планомерное внедрение нелинейных медиа. Например, устоявшаяся конвергенция «онлайн-кино + видеоигра» или же нелинейные электронные масс-медиа, когда соединены телевидение и Интернет или радиовещание и Интернет (вебкастинг и подкастинг), порождающие «онлайн»- и «оффлайн»-тексты, графику, аудио и видео.

В связи с этим в нынешних инновационных электронных медиа существует как минимум две главные тенденции. Это интерактивные онлайн-передачи, как эта:

А также мультимедийные радиопередачи (визуализированное радиовещание), которые ставят ряд новых проблем. Первая из них связана с визуализацией песни. Эта проблема существует ещё со времён музыкального шоу на телевидении 1950-1970-х годов. К примеру, в Top of the Pops (BBC) во время проигрывания новой песни в эфире — при отсутствии в телевизионной студии исполнителей — использовали фотографии, картинки, постановочные танцы… вплоть до появления специального жанра песенного видеоклипа (который и положил начало музыкальному телевидению во времена становления MTV). Собственно, такую визуализацию песни в эфире и предлагает сегодня AVRA:

Однако когда в эфире присутствует исполнитель, то проблема разрешается сама собой (другое дело, что «живым» видео-эфиром коммерческое музыкальное радио обеспечить круглосуточно весьма затруднительно). Вот, например, фрагмент визуализированной радиопередачи «Живые» на «Своём радио», в которую внедрены элементы видеомонтажа (видеоролик стал дипломантом I-го Международного открытого конкурса авторского музыкального видео «Медиамузыка», 2015):

Из других явных проблем мультимедийных радиопередач можно обозначить:

  • визуализацию идентификаторов (ведущих в студии, которые становятся не только медиа-голосами, но и медиа-лицами эфира, а также джингл-пакета радиостанции, требующего синхронизации с изобразительным эмблемным материалом);
  • визуализацию рекламных роликов, так как видеореклама по своей звуковой составляющей не равна аудиорекламе, и мультимедийное радио нуждается в специальном рекламном продукте, который можно слушать, а можно слушая смотреть;
  • авторские и смежные права на визуальные произведения (видеоклипы, фотографии, изображения);
  • отсутствие конвергентного медиаобразования в области телерадиовещания (не секрет, что телевизионщики мало знают об аудио, а радийщики — о видео).

Учебно-консультационный центр «Медиамузыка» разрабатывает и внедряет новые формы профессионального образования и переквалификации,  решая последнюю из названных проблем. И сегодня это особенно актуально для тех, кто не хочет быть похожим на других, кто хочет заниматься настоящим радиовещанием, а не только элементарно «программировать плеер», в который уже раз изобретая велосипед на одном колесе.

Автор текста: Максим Бысько

Лицензия Creative Commons

Персональное широковещание и музыкальное образование | Personal broadcasting and music education


Доклад на XIII международной научно-практической конференции «Современное музыкальное образование — 2014», 3-5 декабря 2014 года
Российский государственный педагогический университет им. А. И. Герцена
Санкт-Петербургская государственная консерватория им. Н. А. Римского-Корсакова

Широковещание (электронное вещание на массы) появилось уже в конце XIX столетия. Тогда это было звуковое вещание на телефонные аппараты, как установленные в общественных местах, так и домашние, на которые по проводам передавались трансляции из концертных или театральных залов или специальные новостные выпуски из студии. К примеру, во Франции существовала специальная бинауральная телефонная система «театрофон» Клемана Адера, в Австро-Венгерской империи — «телефон Hírmondó» Тивадара Пушкаша, в Чикаго и Одессе состоятельные граждане так же были подключены к аналогичным телефонным линиям [1].

В 1920-е годы активно входит в обиход регулярное радиовещание, в середине прошлого века — телевещание. 1920-1980-е годы являются классическим периодом аналогового вещания. В цифровую эпоху, начиная с 90-х годов, появляется широкое видеовещание на мобильные устройства, добавляется радио- и телевизионное онлайн-вещание (вещание в Интернете). При этом «ломается» устоявшаяся система электронного широковещания. Если раньше к широковещанию относился только линейный аудиальный или аудиовизуальный эфир, то цифровой век открыл нам «нелинейное» вещание в виде феномена «подкастинга» (англ. podcasting), когда архивные передачи с сервера подкачиваются на мобильные устройства пользователей согласно их предпочтениям, запрограммированным ими заранее. Кроме того, к феномену вещания стали иметь отношение и конвергентные сетевые периодические издания. Мультимедийные издания отрываются от категории прессы и примыкают к электронному нелинейному медиавещанию. К примеру, первый в России мультимедийный научный журнал «Медиамузыка» построен исключительно в виде медиатекста, включающего печатные тексты, поисковые формы, аудио, слайд-шоу, видео (www.mediamusic-journal.com).

В принципе, интерактивные СМИ стали нормой для современного человека, имеющего широкий доступ к выбору информации (новостной, художественной, научной и т. п.), которую он хочет получить. Исключение составляет разве что «профессиональное образование», в том числе музыкальное. Так, в период линейного аналогового вещания музыкальное образование было представлено общими эстетическими и другими общими формами музыкального просвещения. Это вполне объяснимо, так как производство передач было весьма затратно, а каналов для вещания было немного (можно сказать, что это была сугубо техническая проблема). Казалось бы, что в цифровую эпоху профессиональное музыкальное образование должно было получить «вторую жизнь» в линейном и нелинейном широковещании. Однако этого не произошло в силу одновременного резкого культурного поворота мировой цивилизации в сторону «интертейнмента»: критическое количество современных СМИ носит развлекательный характер. Объединение школы и медийных средств аналогично было поглощено культурой развлечений и всепроникающей коммерцией. Наверное, самым показательным примером может служить социальная сеть Гарвардского университета, превратившаяся в 2006 году в «жёлто-прессный» Facebook с «лайками», основной целью которого является получение финансового дохода с помощью развлекательного контента. К слову, качество даже общего эстетического музыкального образования в электронных СМИ сегодня порой выглядит весьма сомнительно.

Вопреки крупным школам и медиаходингам, которые отстранились от систематического профессионального образования с медиасреде, оно стало развиваться стихийно, персонифицировано. Это стало возможно благодаря тому, что широковещание получило множество персональных форм, смешав телефонию, радио, телевидение, Интернет. Так, IP-технологии телефонии сделали широкодоступной коллективную видеосвязь. А видеоконференции, безусловно, можно считать персональной  формой телефонного вещания. Кроме того, сегодня один человек может вещать всему миру, создав своё интернет-радио, блог (персональную «интернет-страницу») со звуковыми или визуально-звуковыми файлами или элементарно начав видеотрансляцию в Интернете. В гигантских масштабах сегодня создаются авторские «каналы». И надо отметить, что персональные широковещательные каналы в Сети часто «объединены» принципом аудио- и видео-подкастинга: программное обеспечение специальных хостингов (Last.fm, Youtube, Vimeo) «подтягивает» контент из «тематических блоков» по ключевым словам, по статистике посещений и заданных предпочтений того или иного пользователя.

Конечно, все названные технические цифровые средства уже используются и в образовательных целях. Здесь важно отдельно упомянуть и такое явление персонального линейного и/или нелинейного вещания, как «скринкастинг» (англ. screencasting), то есть «вещание экрана» персонального компьютера, ведь оно изначально имеет обучающие задачи и уже связано не только с программными кибер-продуктами. При этом «захват» видеоизображения экрана в современных формах скринкастинга, в отличие от элементарной трансляции экрана компьютера, может сопровождаться аудио- и видео-иллюстрациями, съёмкой web-камеры, авторскими «закадровыми» речевыми комментариями, внутрикадровыми звуками, дополнительными текстовыми надписями и т. д. То есть по своим техническим и художественным возможностям скринкасты могут приближаться к телепередачам.

Персональное широковещание постепенно внедряется в активно создающиеся ныне виртуальные музыкальные школы (к примеру, онлайн-школу бостонского Музыкального колледжа Беркли, США [2]). Прежде всего, это касается форм видеоконференции, видеотрансляции, подкастов и скринкастов. Конечно, создание качественного заранее записанного материала — дело довольно трудоёмкое, и виртуальная образовательная система ещё только в начале своего становления, хотя в ней уже есть свои фавориты.

К примеру, в онлайн-школе колледжа Point Blank (Лондон) результативно обучаются музыкальному производству и бизнесу, электронной музыкальной композиции, звукорежиссуре, медиамузыке и т. п. Так учебный курс «Музыка для медиа» рассчитан на 8 недель (курс разработан композиторами Кевином Керриганом, Эмили Э. Холли и ди-джеем Стивом Хеллиером в 2013-2014 гг.). Это восемь многосоставных уроков по истории и теории медиамузыки, по музыкальной композиции в видеоиграх, на радио и телевидении, по созданию звуковых спецэффектов, по основам звукорежиссуры и музыкального бизнеса в медиаиндустрии, это и практическая работа в аудио- и видеоредакторе. Кроме текстов, модульных тестов и упражнений, интерактивных форумов и заданий студентам, курс содержит еженедельные часовые онлайн-трансляции мастер-классов инструкторов, видео-уроки, аудио- и видео-примеры из художественной практики, обучающие скринкасты.

Вероятно, на основе авторских курсов частных учебных заведений в дальнейшем могут быть утверждены государственные образовательные стандарты. Пока это дело будущего. Но факт «сращивания» форм музыкального образования и форм широковещания говорит о том, что изучение медиамузыки становится уже не замкнутым и отдельным направлением в музыкальном образовании и науке, а необходимым инструментом для любого целостного современного музыкального (а, соответственно, и музыкально-цифрового) образования, в котором для учащихся и преподавателей нет территориальных границ.

  1. Чернышов А. В. Истоки медиамузыки // ЭНЖ «Медиамузыка». № 1 (2012). URL: http://mediamusic-journal.com/Issues/1_1.html
  2. http://online.berklee.edu

Автор текста: Александр Чернышов

Лицензия Creative Commons